Детская бедность в Казахстане


Каждая семья желает своему ребёнку самое лучшее. Сложно поверить в то, что где-то появляются дети, которых изначально планируют не кормить, не учить, не развивать. Но при этом у родителей не всегда есть такая возможность, и из-за этого появляется термин «детская бедность». Это явление сегодня обсудили эксперты Аналитической группы «Кипр». Тема встречи: «Детская бедность в Казахстане как угроза будущему страны».

Шолпан Айтенова, директор Zertteu Research Institute:

— В Казахстане дети — люди от 0 до 18 лет — составляют 31 % населения, то есть около шести миллионов человек. Из них миллион — то есть каждый шестой — бедный. Бедность — это многомерное явление, которое выходит за рамки покупательской способности, потому что дети не выбирают родителей и финансовое положение своей семьи.

Официальный показатель бедности — 4,3 %, но по факту этот уровень больше. Большинство домохозяйств 56 % своего дохода тратят на еду. Поэтому, когда мы говорим о детской бедности, мы говорим не о возможности семьи прокормить своих детей, а о возможности выбирать для них развитие.

С экономической точки зрения как одно из последствий детской бедности возрастёт государственное бремя на социальную поддержку. Дети, которые не получали качественного питания до пяти лет, имеют слабую имунную систему — это нагрузка на здравоохранение. Мы всё сравниваем с 1991 годом и до сих пор не можем достичь этих базовых показателей. В результате получаем когнитивные вещи. Дети, которые не стали успешны в школьном образовании, — это низкая производительность в сфере труда, низкие заработки, меньшее отчисление налогов в казну. Это урон для экономического роста и бремя до социальной поддержки.

В стране регулярно выпускается статистический сборник «Дети Казахстана», в котором даются данные по дошкольным учреждениям, секциям. Все эти данные не становятся инструментом разработки каких-то новых политик. Это просто констатация фактов.

Чтобы исправить ситуацию, нужно понять, что дети — это не обезличенные шесть миллионов. В ЗКО это один портрет, в ЮКО — другой. Картина везде разная, поэтому политика и подход к каждому ребёнку должны быть разными.

Зульфия Байсакова, председатель правления ОЮЛ «Союз кризисных центров» считает, что реальная цифра детской бедности гораздо выше, потому что когда делается анализ, не учитываются семьи, у которых нет документов.

Эксперт рассказала про случай из своей практики: в один из кризисных центров заехала мама с четырьмя детьми. Дети не ели мясо, не пили кисели и морсы — в их рационе были только макароны и чай. Позже мама пояснила, что дети просто привыкли так питаться. Это ли не бедность, когда семьи не могут себе позволить хотя бы раз в неделю мясо или птицу?

— Какие последствия у детской бедности? У таких деток очень слабая имунная система, они подвержены простудам. Состояние здоровья основывается не только на питании, но и на здоровом образе жизни. Такие дети не имеют позитивного опыта, не знают, как жить по-другому. И высока вероятность того, что они перенесут это во взрослость, на своих детей.

Около 15 % школьников не могут получить бесплатно учебники. Есть бесплатное питание от школ, но как это преподносится? Ребёнок попадает в некомфортные условия, начинается буллинг. Отсюда заниженная самооценка. Поэтому мы видим нежелание таких детей участвовать в каких-то активностях, развивается девиантное поведение. Если рассматривать детство как социальную составляющую, то это необходимо менять, и вся ответственность лежит на взрослых.

Я не хочу смотреть на проблему с позиции «дети — наше будущее». Дети — наше настоящее. Они сегодня хотят кушать, и всю нашу политику нужно пересмотреть с этой точки зрения. Не нужно делить людей на многодетных, социально уязвимых. Нужно помогать всем детям — их не так много, и это позволит семьям подтягиваться до нормального уровня.

Ольга Симакова, социолог, координатор проектов ОФ «ЦСПИ «Стратегия»», оценила уровень бедности на основе опросов:

— Если мы говорим о потребительском потенциале, 40 % домохозяйств считают, что находятся на низком уровне, сталкиваются с проблемой купить одежду себе или ребёнку. Поэтому реальная цифра бедности сильно выше статистической.

Всего четыре года проживания в бедности превращаются в хронику: такой человек будет мыслить, как бедный, у него не будет мотивации саморазвиваться и расти как личности. Сейчас это один из факторов определения детской бедности. Если взять как медиану 50 000 на человека, то мы увидим, что семьи без детей будут находиться в первой части (доход выше 50 000), а семьи с детьми чаще будут отказываться во второй половине — ниже 50 000.

Количество детей становится фактором бедности в Казахстане. Это геометрическая прогрессия со знаменателем три. Если с одним ребёнком бедность 1 %, то с четырьмя детьми бедность будет уже 36 %. Это закономерность.

Мы периодически сталкиваемся с государственными индексами и показателями. У нас возникают вопросы, каким образом они могут отображать эффективность деятельности органа. Инициатива создать индекс детства хорошая, но что это будет за показатель? Какие индикаторы будут туда включены? К этому вопросу должны привлекаться эксперты, чтобы не получилось, как с индикатором системы образования: рейтинг считается по уровеню коррупционности в вузах, который к самому качеству образования никакого отношения не имеет.

В Казахстане стоит цель по стимулированию прироста населения: к 2030 году население страны должно составлять 25 миллионов человек. При этом те условия, которые создаются для семей, неудовлетворительны и даже скудны для того, чтобы ребёнок родился в полноценной семье, с адекватным уходом, доступом к социальным и образовательным услугам. Чтобы это была полноценная единица государства, а не просто +1 к статистике. Это диссонанс: «Рожайте, чтобы нас было много, но при этом растите, как хотите».

Модератор встречи — Ерлан Смайлов, руководитель Аналитической группы «Кипр», член Общественного совета Алматы, объяснил, почему для обсуждения была выбрана такая сложная тема:

— Понятно, что миллион бедных детей — это угроза целостности в будущем: территориальной, экономической, информационной, социальной. К чему может привести общество, в котором живут люди с установками бедности? К чему это приведёт через несколько десятков лет?

Футболисты, которые сегодня плохо играют, дороже, чем дети, будущее страны. Если в приоритетах нет детского спорта и адекватной детской политики, то и бюджетных приоритетов здесь не будет.

В прошлом году, после трагического случая в Нур-Султане, государство обратило внимание на многодетных матерей. При этом общественность отреагировала по-разному: кто-то говорил, что не нужно было рожать. Да, нужно нести ответственность за ребёнка, но родители не виноваты в недооценённости их отрасли, когда они много работают, а им мало платят.

Мы понимаем, что проблема масштабная и несёт стратегические риски для государства. Чтобы быть конкурентоспособной нацией, кроме модернизационного рывка, других выходов нет. Для этого нужно высокое качество человеческого капитала.

Обсуждение поддержано Фондом «Сорос-Казахстан»

FacebookVKGoogle+