Чего хотят казахстанцы на самом деле?

В Казахстане регулярно проводятся опросы и исследования, в результате которых появляются новые государственные программы. Все они нацелены на улучшение жизни казахстанцев, но почему-то потребности людей за годы независимости страны особо не меняются. Что-то становится более актуальным, что-то менее, но в топе запросов населения остаются одни и те же вопросы. Почему? Значит ли это, что программы не соответствуют нуждам людей? Чего на самом деле хотят казахстанцы, и как этого достичь? На эти и другие вопросы отвечали эксперты Аналитической группы «Кипр» на заседании по теме «Чего хотят казахстанцы на самом деле?»

Гульмира Илеуова, президент Общественного фонда «Центр социальных и политических исследований «Стратегия»» начала с вопроса «чего НЕ хотят казахстанцы?»:

— Они не хотели бы ухудшения условий жизни, снижения доходов, ухудшения здравоохранения, повышения тарифов на коммунальные услуги. Конечно, есть региональные различия: где-то проблемы больше с автотранспортной инфраструктурой, где-то проблемы с образовательными услугами, где-то с образованием всё в порядке, но не хватает доступа к интернету. Большая разница между городом и селом. Здесь острее ставится вопрос о неравенстве доступа к образованию и медицине.

Перечень проблем остаётся одним и тем же из года в год. Топ-5 проблем — это рост цен, низкий уровень доходов, проблемы с безработицей, вопросы здравоохранения, вопросы образования.

В документах госпрограмм пропала аналитическая часть. Если посмотреть на них, непонятно, из чего они исходят и какие цели ставят. В государстве действуют ситуативно, ставят в приоритет вдруг возникший интерес, не проработав тему и не отразив её в совокупности общественных отношений.

Бизнес недоволен? Значит, поддержим его. А население в этот момент — на вторых ролях. Но бизнес состоит из населения, и об этом нельзя забывать. В итоге к концу периода не делается резюме по программе, начинается новая. Часть задач решена, а те, что нет, заводятся в новую программу. При этом, может быть, цели и задачи новой программы не соответствуют прежним. В результате иногда происходит подмена задач нового периода.

Что в итоге? Общество развивается, меняются условия, возникают определённые дисбалансы при реализации этих программ, возникает разрыв между тем, что заявлено, что сделано, что ожидается.

Марат Шибутов, политолог, член Национального совета общественного доверия, оценивает потребности населения по тому, за что люди готовы бороться. Эксперт не согласился с перечнем, который озвучила Гульмира Илеуова, и считает, что казахстанцам в первую очередь не хватает справедливости и законности. 170 тысяч жалоб в год, 40 % из них — на действие или бездействие госорганов, то есть на справедливость. Они считают, что нарушаются их права. Второе — вопросы правосудия, третье — вопросы следствия.

— Уже дальше идут общие вопросы труда и занятости, социальные аспекты. Даже в вопросах экономики нужна справедливость. Доходы не всегда определяются условиями рынка, всё чаще это вопросы справедливости, и люди это видят, им этого не хватает. Людей возмущает, что их ставят в неравноправные отношения с другими.

Например, мораторий на проверки для бизнеса. Бизнесу хорошо, но иногда он мешает гражданам. Граждане обращаются за помощью к государству, а они им говорят — мораторий. Получается, что люди не могут жаловаться на бизнес, бизнес может делать всё, что хочет, и нарушается равноправие. Проблемы житейского характера упираются в ту же справедливость.

Программы составляются в расчёте на тех, кто активнее всего продвигает свои интересы. Кто продвигает свои интересы, тому помогают, кто нет — тому нет. Государство занимает пассивную роль: поддержим тех, кто донёс свою позицию. Ищут кошелёк не там, где потеряли, а под фонарём. Так как госорганы не могут контролировать и учитывать то, что важно для людей, они делают важным то, что могут контролировать.

Увеличение давления государства на людей происходит ещё и на фоне того, что люди разучились озвучивать свои проблемы. Уходит поколение, которое умело писать жалобы, коллективные жалобы, привлекать на свою сторону «толкачей». Сейчас это очень редкое явление. Если кто-то умеет это делать, инициатива продвигается, если не умеет, так инициатива и умирает.

Вениамин Алаев, председатель Комиссии по правам людей с инвалидностью имени Кайрата Иманалиева, считает, что базовые проблемы людей с инвалидностью были ещё до пандемии. Например, доступ к информации — госсайты не адаптированы для людей, которые не видят. Это нарушение международных стандартов. Нет информации — люди ищут правды в соцсетях, чатах, а там она может быть недостоверной и вести к мошенникам.

— Люди с инвалидностью до сих пор остаются как самой незащищённой, так и самой бедной группой населения. Среднее пособие по инвалидности — 50 тысяч в месяц. Шаг от группы к группе примерно 10 тысяч. На эти деньги не выжить, если человек живёт без семьи.

Государство озвучивает вектор на инклюзивное общество, инклюзивное образование. Между тем, мы до сих пор решаем вопросы, когда родители детей с инвалидностью жаловались на отношение других родителей к их детям. Со стороны правозащитников стоит большая задача разъяснять учителям, детям и родителям права человека, детей на образование, людей с инвалидностью. И это только школа. Есть ещё вузы. Нужно готовить педагогов, которые пока не умеют эффективно подавать информацию людям с инвалидностью. Люди не могут получить качественное образование и в результате не могут получить достойную работу. В Казахстане 705 тысяч людей, которые получают пособие по инвалидности. Только 5 % из них имеют высшее образование.

Проводили исследование о доступности парламента людям с инвалидностью. Два важных наблюдения:

За шесть созывов в Мажилисе Парламента РК не было ни одного депутата с инвалидностью.

Координационный совет по делам инвалидов при Правительстве РК долгое время не ратировался. Сейчас заработал в новом составе, некоторые члены были выбраны туда через онлайн голосование.

Модератор встречи — Ерлан Смайлов, руководитель Аналитической группы «Кипр», член Общественного совета Алматы:

— Государство в своих программах не отражает точно нужды населения, но есть много реакций адекватных и быстрых — например, по многодетным матерям. Понятно, что это реакции не стратегические, а ситуативные, но они есть.

Госуправление, чиновники пребывают в ловушке сознания, считая, что любую проблему можно решить, написав госпрограмму, подготовив законопрект, создав отдельный госорган. На самом деле внутри много связей, уровней и факторов. Нужно выстраивать сложную конфигурацию управления.

В любой проблеме есть решения. Если пособия для детей не доходят до самих детей, значит, нужно адресно выделять их на специальные карточки, которые позволят купить только детсткие товары. Купил сок — расплатился картой, купил пиво — карта откажет в оплате.

Обсуждение поддержано Soros Foundation — Kazakhstan

FacebookVKGoogle+