Профсоюзы: перезагрузка

Круглый стол по проекту закона «О профессиональных союзах»

Рост трудовых конфликтов, участившихся в Казахстане в последние годы, актуализировал необходимость изменений в сфере социальных отношений. Президентом была поставлена задача социальной модернизации, министерству труда и социальной защиты населения было поручено внести изменения в закон о профсоюзах, действующий с 1993 года. Основные положения законопроекта были представлены разработчиком на экспертном обсуждении, проведенном 11 декабря 2013 года аналитической группой «Кипр» совместно с Институтом общественной политики партии «Нур Отан» (ИОП).

Отвечает ли законопроект новым вызовам? Способен ли он качественно улучшить ситуацию в сфере трудовых отношений? Участники заседания искали ответы на эти и другие вопросы. Итогом дискуссии стало мнение, что действительно необходимо вносить новации в профсоюзное движение и усиливать рабочее представительство. Однако представленный законопроект едва ли способен удовлетворить таким запросам, поскольку, как отмечают эксперты, разработчики продемонстрировали во многом формальный подход, направленный на централизацию и регламентацию деятельности профсоюзов. Участники рекомендовали разработчику кардинально пересмотреть и доработать законопроект, который на данном этапе пока проигрывает старому, ныне действующему, закону.

Ерлан СМАЙЛОВ, модератор:

Сегодняшний наш проект – второй в партнерстве с ИОП. В прошлый раз, как многие из вас помнят, мы обсуждали механизмы и инструменты реализации доктрины партии в части социальной политики, экономики, взаимоотношений гражданина и государства. Думаю, было интересно и конструктивно, и самое главное – в этом есть повод для осторожного оптимизма – что партия открывается, готова встречаться с экспертами, в том числе настроенными критически. Вот и сегодня, благодаря партии, в заседании участвует председатель комитета МТСЗН РК. Поэтому хотел бы предоставить слово нашим партнерам.

Серик КОЖКЕНОВ, заместитель директора Института общественной политики партии «Нур Отан»:

Думаю, тема сегодняшнего обсуждения очень актуальная, социально значимая, общественно важная. Поэтому мы решили обсуждение законопроекта о профессиональных союзах вынести именно на диалоговую площадку аналитической группы «Кипр». Пригласили на сегодняшнее заседание председателя Комитета по контролю и социальной защите МТСЗН РК Акмади Сарбасова, выражаю ему признательность за участие. Надеюсь на активное сотрудничество со стороны экспертов, думаю, состоится интересный диалог и будут высказаны интересные рекомендации.

Акмади САРБАСОВ, председатель Комитета по контролю и социальной защите Министерства труда и социальной защиты населения РК, спикер:

Позвольте поблагодарить организаторов за приглашение, за возможность с экспертным сообществом еще раз обсудить проект закона, который был разработан в Министерстве труда, поддержан правительством и внесен на рассмотрение в мажилис в сентябре текущего года.

Мы на протяжении двух лет вместе с нашим социальным партнером, прежде всего с профсоюзными объединениями, участвовали в разработке проекта закона. Было много вариантов проектов закона, было много дискуссий, обсуждений. Тем не менее мы нашли консенсус, и итогом нашей двухлетней работы стал тот законопроект, который мы внесли на рассмотрение в парламент. Но мне бы хотелось сказать, что работа над ним продолжается, на сегодняшний день прошло только одно заседание рабочей группы. По основному проекту закона депутаты в порядке депутатской инициативы предложили порядка 125 предложений и замечаний. Поэтому работа продолжается, и мы как разработчики законопроекта готовы к активному конструктивному диалогу по его обсуждению уже в стенах мажилиса.

Рад приветствовать здесь наших социальных партнеров, с кем мы и обсуждали этот проект закона, поэтому, думаю, достаточно профессионально обсудим этот законопроект.

На сегодняшний день, как вы все знаете, глава государства в своей статье «Социальная модернизация Казахстана: двадцать шагов к Обществу Всеобщего Труда», высказал мысли о необходимости сделать решительные шаги по модернизации профсоюзного движения. По сути, это было лейтмотивом того, что мы на протяжении этого года пытались проанализировать действующее профсоюзное движение, действующий закон, который был принят еще в 1993 г.

В 1995 г. был принят основной закон – Конституция РК, в 2007 году мы приняли Трудовой кодекс РК, который направлен на достижение баланса между работодателем и работником. С учетом этих основополагающих документов, а также реалий нынешнего состояния профсоюзного движения, мы попытались разработать новый законопроект о профессиональных союзах.

Что касается текущей ситуации, то вы все прекрасно видите ту множественность нашего профсоюзного представительства, которая на сегодняшний день есть. В соответствии с существующим законодательством функционируют четыре варианта модели профсоюзного представительства:

Сегодня в стране действуют более 800 профессиональных союзов. На республиканском уровне действуют Федерация профсоюзов РК, Конфедерация труда Казахстана, Конфедерация свободных профсоюзов. На отраслевом – 26 отраслевых профессиональных союзов. На региональном уровне – 16 территориальных объединений профессиональных союзов. Они взаимодействуют с местной исполнительной властью вместе с объединением работодателей на уровне области. На локальном уровне, как уже было сказано, более 800 профессиональных союзов. Профсоюзы сегодня объединяют более 2,5 млн. работников (30% занятого населения). В качестве примера, для сравнения, в скандинавских странах охват населения профсоюзным движением в разы больше – порядка 80-90%.

Мы проанализировали трудовые конфликты, они есть, это реалии наших трудовых отношений. Трудовые конфликты, произошедшие за последние три года, прошли, хочу подчеркнуть, без соблюдения процедуры выдвижения требований, установленной Трудовым кодексом, то есть это были просто стихийные акции протеста. В 60% случаев этих акций протеста они проходили на предприятиях, где отсутствовали профсоюзы. Это дало нам основание полагать, что наличие или отсутствие профсоюзов связано с уровнем правовой, трудовой грамотности наемных рабочих.

Мы анализировали международный опыт. Моделей много: англо-саксонская, германская, шведская, азиатская. Германия, Швеция, Сингапур – это страны, достаточно активные в плане профсоюзного представительства, охват работников профсоюзами там достаточно высок как в государственном, так и в частном секторе. Уровень охвата коллективными переговорами тоже высок. У Англии и США немного другие и модель, и статистика. В целом, эта статистика позволяет сказать, что эффективность регулирования социально-трудовых отношений во многом зависит от активности и эффективности действий профсоюзов. Это тоже было частью нашей аналитической работы в рамках подготовки проекта закона.

К чему мы пришли с учетом анализа текущей ситуации и международного опыта? Конечно, есть страны, где профсоюзы представлены как слабый социальный партнер. Наша цель – чтобы наше профсоюзное движение было сильным социальным партнером, прежде всего, для государства и работодателей. Думаю, с этой целью мы все согласимся, хотя есть различные мнения, в том числе, что профсоюзы являются помехой для развития бизнеса, экономического развития и т.д. Но поскольку мы себя продекларировали социальным государством и пытаемся через призму регулирования трудовых отношений активизировать институт социального партнерства, для нас это принципиально важно.

Что такое социальное партнерство, все мы знаем. Это активный диалог в духе трипартизма, когда работодатель, работники и государство (государственные органы) вместе обсуждают и принимают решения по наиболее важным вопросам социально-трудовых отношений. Работодатели сегодня – это бизнес-сообщества, вы знаете, что, согласно принятому закону о Национальной палате предпринимателей, они ассоциированы в рамках этой саморегулируемой организации. Они на сегодняшний день являются активной стороной социального партнерства. Поэтому, полагаем, что и профсоюзы как социальный партнер должны быть хорошо представлены на всех уровнях социального партнерства, начиная с уровня предприятия. На предприятиях, как вы знаете, профессиональные союзы реализуют и защищают права и интересы через коллективные договоры. Статистика такова, что охват коллективными договорами по всем предприятиям составляет чуть более 30%. Это говорит о том, что не всегда работодатель слышит интересы работников на уровне предприятия. То же самое можно сказать и по отрасли.

Вот мы говорим, что у нас 26 отраслевых профессиональных союзов, но у нас нет на сегодняшний день 26 отраслевых соглашений. Их нет, потому что нет диалога в отрасли между работодателями и профсоюзами. Буквально в этом месяце были заключены отраслевые соглашения в двух ключевых отраслях нашей экономики – в нефтегазовой и горно-металлургической. Это два базовых соглашения, в которых закреплены основные положения, где работодатели и работники договорились на уровне отрасли решать стратегические задачи, которые стоят перед отраслью.

На уровне областей есть 16 региональных соглашений, которые заключаются между акиматом, объединением работодателей и профсоюзами. Что касается уровня районов и городов, то там эти соглашения не везде есть, поскольку нет социального партнерства, социального диалога. На уровне республики мы заключили генеральное соглашение на три года, в рамках которого закрепили все основные направления, по которым будем сотрудничать. Вот такие наши уровни социального партнерства.

Поскольку для Казахстана наиболее приемлемой является модель «cильный социальный партнер», новый закон должен создать правовую основу для выстраивания вертикальной модели профсоюзного движения и усиления мотивации профсоюзного членства на всех уровнях социального партнерства путем:

  • определения приоритетности профсоюза на представительство интересов работников и ведение переговоров;
  • разграничения и расширения полномочий комиссий по социальному партнерству по уровням регулирования трудовых отношений;
  • обязательности исполнения генерального, отраслевых и региональных соглашений и конкретизации содержания соглашений с учетом уровня регулирования трудовых отношений;
  • обязательного членства профсоюзов по уровням социального партнерства;
  • усиления ответственности за нарушение коллективных договоров и соглашений.

Давайте перейдем непосредственно к законопроекту. Основной законопроект – о профессиональных союзах, сопутствующим к нему законопроектом вносятся изменения в 5-6 законов. Как уже было сказано, мы хотим дать приоритет профессиональным союзам на представительство интересов работников, и это мы хотим закрепить основной целью законопроекта.

Что касается функций комиссий по социальному партнерству. На республиканском уровне это: рассмотрение законопроектов в области социально-трудовых отношений; проведение мероприятий по предупреждению и предотвращению социально-трудовых конфликтов и забастовок; рассмотрение вопросов развития регулирования рынка труда, содействие эффективной занятости населения; развитие социального диалога и т.д. На отраслевом уровне: рассмотрение программных и стратегических документов соответствующей отрасли; развитие социального партнерства и диалога в отрасли; проведение мероприятий по предупреждению и предотвращению социально-трудовых конфликтов и забастовок; определение основных принципов системы оплаты труда отрасли и т.д. На региональном уровне: развитие социального партнерства и диалога в регионе; рассмотрение программных и стратегических документов региона; проведение мероприятий по предупреждению и предотвращению социально-трудовых конфликтов и забастовок; содействие работодателям и представителям работников в урегулировании трудовых споров; принятие мер, направленных на обеспечение занятости и сокращение уровня безработицы и т.д. На уровне предприятия: определение форм и системы оплаты труда; определение нормативов численности работников; определение норм рабочего времени; проведение мероприятий по обучению работников основам трудового законодательства РК; осуществление контроля над выполнением коллективного договора и т.д.

Что касается обязательности исполнения соглашений. На республиканском уровне заключается генеральное соглашение между правительством, республиканскими объединениями работодателей и республиканскими объединениями профсоюзов, действие которого распространяется на исполнительные органы всех уровней, работодателей, работников и их представителей. На отраслевом уровне заключаются отраслевые соглашения между отраслевыми госорганами, отраслевыми объединениями работодателей и отраслевыми профсоюзами, в которых, с учетом отраслевой специфики и в соответствии с генеральным соглашением, закрепляются обязательства сторон по ключевым вопросам трудовых отношений и социального развития на предприятиях данной отрасли. На региональном уровне заключаются региональные соглашения между акиматами, региональными объединениями работодателей и территориальными объединениями профсоюзов в соответствии с генеральным соглашением. Их действие распространяется на исполнительные органы, работодателей, работников и их представителей соответствующей административно-территориальной единицы. На уровне предприятий заключается коллективный договор между работодателем и профсоюзом. Структура и содержание коллективного договора определяется сторонами в соответствии с заключенными соглашениями – генеральным, отраслевыми и региональными.

Следующее. Как я говорил до этого, есть несколько уровней социального партнерства: уровень непосредственно предприятия; уровень территориальный, уровень отрасли и республиканский уровень. Мы хотим, чтобы каждый профессиональный союз активно участвовал в представительстве и защите своих интересов, был представлен на каждом уровне социального партнерства. Чтобы не получилось так, что мы заключаем генеральное соглашение, а выполнение этого соглашения, по сути, ограничивается 30% представителей работодателей и работников. То же самое касается отраслевых соглашений, в которых закрепляются базовые условия, регулируемая система оплаты труда, установление надбавок на уровне отрасли, чего сейчас нет. Мы хотим, чтобы в этом процессе участвовали все профессиональные союзы. Те 800 местных профсоюзов, о которых я говорил, на сегодняшний день разрознены, представлены только на уровне предприятий. Они не участвуют ни в отраслевых соглашениях, ни в территориальных соглашениях, которые заключаются с акиматами, профильными министерствами, соответственно, они не участвуют в республиканском социальном партнерстве, так как на них эти соглашения не распространяются. Таким образом, мы хотим придать значимость этим трехсторонним документам через ассоциативность профсоюзного движения.

Предлагается следующая схема:

Тут мы подчеркиваем, что в схеме предусмотрено несколько республиканских объединений, там не сказано об одном каком-то объединении. То есть мы не ограничиваем множественность профессиональных союзов, мы не устанавливаем монополию одного профсоюза, о чем постоянно говорят. В рамках договоренностей, которые могут быть достигнуты, такая множественность профсоюзов (от одного до пяти и т.д.) может присутствовать на любом уровне социального партнерства – от уровня предприятия регионального до республиканского. С учетом нашей Конституции и основополагающих конвенций МОТ этот законопроект не устанавливает в этой части никакой монополии, нарушений прав на множественность профессиональных союзов.

Далее мы предложили определить требования к уставу профессиональных союзов, чего нет в действующем законе от 1993 г. Мы определили, конкретизировали права и обязанности профессиональных союзов.

Требования к уставу:

  • организационная структура и порядок формирования профсоюзного органа;
  • порядок участия в качестве членской организации;
  • принятие обязательств по выполнению принимаемых решений органами социального партнерства, органами профсоюзов и их объединений, членской организацией которых он является и т.д.

Права:

  • представлять и защищать права и интересы своих членов, а также быть представителем работников во взаимоотношениях с государственными органами, работодателями, объединениями субъектов частного предпринимательств иными общественными организациями;
  • участвовать в досудебном разрешении трудовых споров;
  • участвовать в разработке нормативных правовых актов, затрагивающие трудовые и социально-экономические права и интересы граждан;
  • вносить предложения уполномоченным госорганам по привлечению к ответственности лиц, нарушающих законодательство, профсоюзов, не выполняющих обязательства, предусмотренные соглашениями, коллективными договорами.

Обязанности:

  • выполнять свои обязательства по коллективному договору, отраслевому, региональному, генеральному соглашениям;
  • в пределах полномочий принимать меры по предупреждению социально-трудовых конфликтов;
  • обеспечивать соблюдение членами профессионального союза установленного законодательством порядка организации и проведения собраний, митингов, уличных шествий, демонстраций, забастовок и других акций;
  • проводить разъяснительную работу среди работников по повышению их правовой грамотности, развитию навыков умения вести переговоры и достижения консенсуса в трудовых спорах;
  • содействовать соблюдению работниками правил внутреннего трудового распорядка и трудовой дисциплины, а также правил безопасности и охраны труда.

Также мы попытались изложить отдельной статьей, как профессиональные союзы должны участвовать в социальном партнерстве, чего в старом законе тоже не было. И это мы увязали с изменениями в Трудовой кодекс, которые прописаны в сопутствующем законопроекте. Тем самым мы попытались максимально очертить всю модель социального партнерства, где можно усилить влияние профессиональных союзов на работу, в которой они участвуют в комиссиях по социальному партнерству, при заключении коллективных договоров на предприятии.

Поскольку мы предполагаем расширение полномочий сторон социального партнерства, то должна быть и ответственность работников и работодателей. Эта ответственность она у нас изложена и в проекте КоАП, который также внесен в мажилис парламента. Если работодатель или работники не выполняют требования трудового законодательства, не участвуют в коллективных переговорах, пытаются их забюрократизировать, то государственная инспекция труда, прокуратура вправе на это реагировать с принятием соответствующих мер.

Повышение ответственности предполагает:

  • установление уголовной ответственности за действия, провоцирующие к продолжению участия в забастовке, признанной судом незаконной;
  • усиление ответственности за нарушения трудового законодательства, принуждение к забастовке, несвоевременную выплату заработной платы, нарушения правил охраны труда;
  • усиление административной ответственности за нарушения трудового законодательства, требований законодательства по заключению коллективного договора, соглашения; за нарушения законодательства об общественных объединениях.

В итоге от принятия этого проекта закона, мы ожидаем следующих результатов:

  • повышение эффективности деятельности профсоюзов по представительству и защите трудовых и социально-экономических прав и интересов работников;
  • единство профсоюзного движения, структурирование профсоюзов по уровням социального партнерства, повышение переговорного потенциала;
  • эффективное исполнение генерального, отраслевых, региональных соглашений, коллективных договоров;
  • закрепление за социальными партнерами четких обязательств по уровням регулирования, принятие решений по всем ключевым вопросам на договорной основе;
  • предупреждение рисков возникновения социально-трудовых конфликтов на предприятиях и укрепление социальной стабильности в обществе;
  • внедрение системы мониторинга за выполнением принятых профсоюзами обязательств в рамках соглашений, коллективных договоров.

Надо отметить, что мониторинг за выполнением вот этих обязательств сегодня, к сожалению, не ведется.

Я представил основные положения законопроекта. Мы готовы по нему работать. Еще раз подчеркну, что на сегодня есть 125 предложений от депутатов. Наверное, и вы дали депутатам свои предложения и замечания, которые теперь в работе у депутатов мажилиса парламента, с которыми мы взаимодействуем как разработчики законопроекта при рассмотрении в рабочей группе в мажилисе.

Мурат МАШКЕНОВ, генеральный секретарь Конфедерации труда Казахстана, спикер:

Хотел бы начать свою презентацию с несколько другого ракурса. Дело в том, что подход Конфедерации труда и Конфедерации свободных профсоюзов, от которых присутствует Лариса Харькова, и наших единомышленников строится несколько шире. Если исходить из истоков рождения самого проекта закона, надо идти от событий, которые произошли в декабре 2011 г. Тогда накал социального напряжения достиг предела, и события в Жанаозене явно продемонстрировали слабость и неустойчивость не только системы социального партнерства, но также слабость, и вообще место и роль самих профсоюзов в Казахстане.

Не случайно после жанаозенских событий 27 января 2012 года президент в обращении к парламенту сделал заявление по поводу новой программы социальной модернизации казахстанского общества. Это исходная база. Президентом были даны конкретные направления по социальной модернизации, которые в июне 2012 г. уже были конкретно материализованы в тех 20 шагах, о которых все мы знаем, они были опубликованы во всех СМИ. В числе всех проблем, затронутых президентом, высказана была такая идея, что общество достигло такого состояния, когда социальные отношения отстают от развития экономики. И что сегодня в социальной сфере творятся события, несовместимые с теми целями и задачами, которые стоят перед государством. То есть социально-трудовые отношения приобрели негативный оттенок, и в этой ситуации необходимо было принимать меры.

Президент в своем выступлении сказал и в своем поручении правительству отметил, что сегодня профсоюзы отстают от выполнения своей роли, критично отозвался о роли ведущего профсоюзного центра – Федерации профсоюзов Казахстана. Глава государства заявил о необходимости провести ревизию, модернизацию законодательной базы профсоюзов, рассмотреть вопросы модернизации вообще профсоюзных институтов. Если взять в основу это поручение президента, то, мы считаем, что на сегодняшний день вопрос о модернизации социальной сферы нужно ставить гораздо шире.

Мы предполагали, что до рождения этого проекта закона правительство и конкретно минтруда проведут общественные слушания с профсоюзами и другими общественными организациями для того, чтобы, изучив ситуацию на местах, проведя анализ, сделать определенные выводы, а потом заложить базу для нового закона. Вместо этого мы получили другой расклад. Министерство труда создает рабочую группу, в которую входят представители объединений основных работодателей, в том числе большая группа представителей Федерации профсоюзов Казахстана, от Конфедерации труда Казахстана был только я один. Это один момент. Значит, в узком кругу мы начали рождать проект этого закона, который, на наш взгляд, имеет большие изъяны.

Хочу сказать, что в контексте моей презентации сам закон будет иметь не такое большое значение. Поскольку закон – это только часть. Закон должен обеспечить правовую основу для работы профсоюзов, правовые гарантии для успешной деятельности профсоюзов, чтобы они имели возможность реализовать свои основные функции защиты интересов человека труда.

Что мы получаем вместо этого? В проекте закона, в ст.5 написано, что профсоюзы создаются по производственно-отраслевому принципу. Когда мы это положение изучили, мы задались вопросом: а как же быть с работниками малого и среднего бизнеса? В выступлении президента на юбилейной встрече, посвященной 20-летию Казахстана, было сказано: «За время независимости Казахстана количество субъектов МСБ выросло более чем в 35 раз – с 19 тыс. в 1993 году до более чем 675 тысяч в 2011 году. Более 2 млн. наших граждан нашли там себе работу. За последние 10 лет выпуск продукции МСБ вырос в 20 раз и составляет на сегодня 7 трлн. тенге». 2 миллиона человек – и эта категория граждан выпала из внимания. Почему? Потому что, создавая профсоюзы только по производственно-отраслевому принципу, мы исключаем принцип объединения по профессиональному признаку.

Второй момент. Мы все прекрасно знаем, что сегодня в Казахстане официально зарегистрировано 2,7 млн. самозанятых, в общей сложности порядка 5 млн. человек по существу не имеют права в соответствии с этим законом создавать профсоюзы по производственно-территориальному принципу. Это момент, который сразу вызвал у всех отторжение. Тем самым получается, что организации в сфере МСБ, у которых нет отрасли, потеряли право создавать профсоюзы и быть полноценным участником социального диалога. Это один из основных моментов.

Одновременно вышеуказанный принцип противоречит статье 2 Конвенции МОТ №87,
п.4 ст.23 Всеобщей Декларации прав человека, статье 8 Международного пакта. Это документы, которые Казахстан ратифицировал. Речь идет об основополагающих конвенциях МОТ. Если здесь присутствуют юристы, то они знают, что нормы международного права имеют приоритет перед законами республики, страны, которая их ратифицировала. Тем более что на сегодняшний день мы являемся членами МОТ.

В соответствии со второй статьей, работники и работодатели без какого бы то ни было различия имеют право создавать по своему выбору организации без предварительного на то разрешения, а также право вступать в такие организации на единственном условии подчинения уставам этих последних. Мы в этой связи сделали предложение. Профсоюзы должны создаваться по профессиональному, производственно-отраслевому и производственно-территориальному принципам. Тем самым мы предлагаем расширить возможности граждан для вступления в профсоюзы и для их создания как таковых.

Анализируя предложенный устав рабочей группы, мы обращаем внимание на то, что закон устанавливает определенные четкие критерии, которые должны содержаться в уставе. Согласно законопроекту, устав профсоюза должен предусматривать членство в отраслевом профсоюзе, республиканском объединении профсоюзов в качестве членской организации. Однако, если исходить из принципа добровольности членства, то предлагать через законопроект, в какой организации состоять, это по меньшей мере некорректно. Каждая организация, создающая общественные объединения, в том числе и профсоюз, вправе сама решить, где ей состоять, а может быть, самоопределиться и стать самостоятельной структурой. Я хотел бы обратить внимание на следующую деталь: в мировой практике на сегодняшний день есть страны, в которых вообще нет закона о профессиональных союзах. Это США, это ФРГ, но если учитывать ментальность и культуру этих государств, там достаточно одной записи в Конституции США, чтобы они сами это право мобилизовали и создавали профсоюзы и никто бы им не мешал. В Федеративной Республике Германия существует только один закон – о Парижских соглашениях, в соответствии с которым люди спокойно заключают эти договора и ни у одного работодателя не возникает даже мысли нарушать положение данного соглашения. Вот о чем идет речь.

Кроме того, данная редакция законопроекта противоречит ст.3 конвенции МОТ №87, где сказано, что «Организации работников и работодателей имеют право вырабатывать свои уставы и административные регламенты, свободно выбирать своих представителей, организовывать свой аппарат и свою деятельность и формулировать свою программу действий». А также ст.5 конвенции МОТ №87, которая гласит: «организации работников и работодателей имеют право создавать федерации и конфедерации, а также право присоединяться к ним». В данном случае, когда мы рассматриваем сам проект закона, на наш взгляд, здесь заложено противоречие нормам Конституции РК. В ней в ст.5 заложено положение о невмешательстве государства в дела общественных объединений, равно как и общественных объединений в дела государства.

В данном случае вмешательство присутствует, приведу пример. В пункте 2 статьи 10 настоящего законопроекта (о госрегистрации профсоюзов) говорится: «До истечения шести месяцев со дня регистрации республиканское, территориальное объединение профсоюзов, отраслевой и локальный профсоюз обязаны предоставить в орган, зарегистрировавший его, копии документов, подтверждающих соответствие требованиям, предусмотренным пунктом 1 статьи 12, пунктом 2 статьи 13, пунктами 1 и 2 статьи 14, пунктом 1 статьи 15 настоящего Закона». Здесь речь идет о ключевой позиции, по которой имеется принципиальное возражение Конфедерации труда, Конфедерации свободных профсоюзов и всех наших единомышленников. Во-первых, закон создал прецедент.

Я подчеркну два момента. Первый момент – это обязательное членство: профсоюзная ячейка должна состоять в локальном профсоюзе, локальный должен состоять в отраслевом профсоюзе, те, соответственно, в республиканском объединении, а республиканские должны входить в другие объединения республиканского уровня. Это нарушает те принципы МОТ, о которых я сказал (о праве самому решать, где быть). Второй момент: разработчики законопроекта сделали существенные, а я бы сказал, грубейшие отклонения от требований МОТ, установив количественные критерии для того, чтобы та или иная организация обрела тот или иной статус. В частности, отраслевой профсоюз может быть признан республиканским лишь в том случае, если он охватывает более половины областей Казахстана, или, я подчеркиваю, более половины числа работающих в данной отрасли. Я 30 лет в профсоюзах работаю и такого нонсенса я нигде не видел, нигде такого нет. Если исходить из Всеобщей декларации прав человека, конвенций МОТ, как сказал бы один мой уважаемый коллега, профсоюзы, женщины и водка – дело добровольное. Шутка грубоватая, но это факт – решать вопрос, где быть, в данном случае никакой логики не имеет.

К чему это нас подводит. Разработчики, устанавливая количественные факторы, создают такой прецедент, что на республиканском уровне и в отраслевые объединения профсоюзов, и в республиканские объединения обеспечивается доступ узкого круга лиц, с которыми можно легко договориться. И чем меньше их будет, тем проще. Конечно, это, может быть, наши домыслы, но мы вправе их озвучить, так как наше мнение имеет базу, основу. Почему сегодня профсоюзы пробуксовывают и не работают так, как нам бы того хотелось? Потому что они потеряли доверие общественности, доверие своих членов профсоюза, из-за того что многие оказались аффилированными и властями и работодателями и иными так называемыми «социальными партнерами».

Позиции, которые я затронул, являются очень серьезными, конечно, я не мог обойти тему монополии. Как это назвать, если не монополией, когда создается и отраслевой профсоюз и объединение, причем только при приобретении соответствующего статуса ты имеешь право социального партнера и в рамках республиканского отраслевого профсоюза и в рамках республиканского общественного объединения. То есть доступ к республиканскому трехстороннему соглашению, и к отраслевому соглашению. Теперь в противовес этому. Конфедерация труда справедливо ставит вопрос: почему в составе республиканской трехсторонней комиссии по социальному партнерству присутствует только круг избранных? Почему круг участников РТК ограничен? На наш взгляд, сегодня не монополии надо создавать в профсоюзном движении, а наоборот, давать больше демократии, больше доступа к власти. Должно присутствовать больше различных представителей в РТК. В частности, наше предложение заключается в том, что все эти 16 субъектов территориальных, два объединения, три-четыре республиканских по одному представителю, а равно и по представителю от крупных отраслей должны быть в составе РТК. Потому что в узком кругу все стараются основные проблемы срезать, а при реальной транспарентности это будет невозможно. Позиция Конфедерации труда состоит в том, что, чем больше мы обеспечиваем прозрачность и доступность, тем больше власть будет доверять профсоюзам.

Президент говорит о социальной модернизации, мы тоже за нее, но дело в том, что в рамках этого закона мы создаем клуб избранных, а если точнее, то этот закон написан под одну структуру, а именно под Федерацию профсоюзов Казахстана. Причем в последнее время на все республиканские мероприятия приглашаются только они. Не потому, что мы не хотим, а потому, что в регламентах нет такого обязательного положения, что и другие организации, имеющие такие же права, принимали участие. Этот момент очень существенный. Чем больше это представительство будет на всех уровнях, тем легче будет работать самой власти и тогда не будет прецедентов – ни Жанаозена, ни других событий.

Также хотел бы привести позицию из «Меморандума о технических замечаниях
по проекту закона о профсоюзах РК» Международного бюро труда за июнь 2013 г. Позиция созвучна тому, что я сказал. МБТ напоминает, что «создание профсоюзной монополии в результате действия правовых норм противоречит положениям статьи 2 Конвенции № 87, в которой закреплено право работников создавать и вступать в организации по своему выбору. Поэтому Правительству рекомендуется рассмотреть вопрос о внесении поправок в Раздел 15 для того, чтобы гарантировать свободу применения права на создание профсоюзов на уровне предприятия».

Завершу свое выступление предложениями Конфедерации труда Казахстана. Мы предлагаем данный законопроект привести в соответствие с нормами международного права и с учетом предложений, изложенных в «Меморандуме о технических замечаниях по проекту закона о профсоюзах Республики Казахстан», подготовленных МОТ:

  • в новом законе о профсоюзах должны быть исключены какие-либо количественные или территориальные нормативы, определяющие их статус, структурные построения, членство, вступление или выход из существующих объединений и профсоюзов;
  • взамен нормативному структурированию профсоюзов, применительно к системе социального партнерства, рассмотреть вопрос поэтапного введения института доверенности для представительства в трехсторонних и двусторонних комиссиях по социальному партнерству соответствующего уровня. Данное предложение основано на том, что на сегодняшний день мы отмечаем значительное падение кредита доверия многим ныне функционирующим профсоюзным работникам.

Своими словами я скажу это так. В одном профсоюзе есть два-три лидера, один из них пользуется авторитетом, он реальный лидер, остальные – просто чиновники от профсоюза. Чтобы добиться права быть на РТК на территориальном уровне, доверенность должна быть собрана на соответствующих конференциях, тогда человек будет иметь право заявлять то, что действительно требует народ. Далее:

  • пересмотреть существующую систему формирования республиканской комиссии по социальному партнерству;
  • включение в состав РТК различных представителей и будет началом выстраивания цепочки «государство – профсоюзы – работодатели – общество»;
  • новый закон, без вмешательства в их внутренние дела должен дать мотивацию работникам для вступления в члены создаваемых, либо созданных организаций, в этих целях необходимо наделить профсоюзы дополнительными правами и полномочиями, и в их числе:
  • пересмотреть все регламенты положения всех государственных органов власти, национальных компаний, холдингов, включение в них положений, обязывающих их рассматривать с обязательным участием представителей профсоюзов с правом голоса по социально-экономическим вопросам;
  • ввести практику организации общественных слушаний по социально-экономическим вопросам;
  • включение представителей профсоюзов в состав соответствующих комиссий по борьбе с коррупцией, регулированию тарифов естественных монополистов, заработной платы, цен и иных социально-значимых нормативов;
  • приравнять освобожденных профсоюзных работников по обеспечению государственными социальными гарантиями к работникам социальной сферы как в период полномочий, так и по завершению. В профсоюзах нет молодых, нет мотивации работать в профсоюзах;
  • в дальнейшей перспективе необходимо создание общественной палаты при Президенте РК по предоставлению права профсоюзам законодательной инициативы.

Поясню последнее предложение. Профсоюзы способны провести модернизацию самостоятельно, для этого даже этого закона не нужно. Нужна просто добрая воля и солидарность. Но не та солидарность, которую мы сегодня декларируем. Ирония законопроекта в том, что мы взамен солидарности создали централизованное общежитие для профсоюзов. Это мы видим по проекту.

Нужна качественная правовая база, и не только по профсоюзам, в целом необходимо ввести новый механизм общения с обществом. Ключевая позиция – это то, что государство должно пересмотреть свою политику отношений с самой массовой организацией трудящихся, то есть с профсоюзами. Только при этом мы можем рассчитывать на положительные сдвиги, и тогда процесс социальной модернизации действительно начнется.

Петр СВОИК, председатель Алматинской общественной антимонопольной комиссии, член ОСДП:

Я представляю ОСДП. У нас в программе не просто большой раздел о профсоюзах, а очень важный раздел о профсоюзах. Я думал, что все сведется к дискуссии-противопоставлению попытки правительства замонополизировать профсоюзы с выстраиванием вертикали и отчаянного сопротивления Конфедерации свободных профсоюзов. И то, и другое совершенно вписывается в наше понимание, и мы считаем, что в законопроекте нужно отразить и то, и другое. В принципе, подготовленный законопроект мы приветствуем, он принципиально правильный, но он недостаточный. Попробую сказать, в чем именно.

Мы за то, чтобы профсоюзное движение было просто обязательным, чтобы и отраслевые низовые профсоюзы на каждом предприятии и территориальные существовали (в том числе, чтобы территориальные существовали даже при государственном участии, иначе кто их будет держать в этом районе). И мы за то, чтобы любой самый маленький профсоюз мог иметь выход и на район, и на область, и на республику, и говорить там свое слово.

Скажу страшную вещь, но мы выступаем за некую монополию в этом деле. Если мы хотим реального партнерства между государством, работодателем и работником наемного труда, то оно должно быть достаточно структурированным. Думаю, иметь одного профсоюзного партнера на уровне правительства, если бы удалось договориться, было бы неплохо. А если эта концепция позволяет иметь 2-3 партнеров, то понятно, что там должно быть меньше 50% (числа работающих в данной отрасли или областей Казахстана), иначе это какая-то лукавая ссылка. Но вообще говоря, партнеров должно быть не очень много. Все нормальные парламенты во всех нормальных странах имеют 2-3-, максимум 4-партийную систему. Там, где 18 партий в парламенте, никакого толку нет. Это не парламентаризм, а черти что. Так и профсоюзы.

Можно ли совместить такую монополию со свободой, с творческой деятельностью, со свободой выбора членов профсоюза? Конечно. Только нам принципиально надо развести права и обязанности. Любой работник не обязан, но имеет право вступить в профсоюз. Любой самый маленький профсоюз не обязан встраиваться в какую-то вертикаль, но ему должны дать право встроиться в эту вертикаль и себя там представительствовать. Вот этого в законопроекте не хватает.

Но самое главное: в законопроекте нет самого основного – встречных обязанностей. Мы творим законопроект о профсоюзах про профсоюзы, там много всего о них написано и правильного и неправильного. Мы сотворили закон о палате предпринимателей, хорош он или плох, там все написано про палату предпринимателей. А где взаимодействие объединения работодателей с профсоюзами, где взаимодействие тех и других с правительством, какие обязательства берет на себя правительство в части этого взаимодействия? Вот соберет вице-премьер по «социалке» трехстороннюю комиссию, она соберется и что-то там решит, а не соберется, так и не соберется. А если без вице-премьера соберутся и что-то там решат, то это в воздухе будет висеть. Вот где должна быть обязательность абсолютная, безальтернативная и неотменяемая. Это по целому ряду обязательств власти, прежде всего, правительства, что должно быть записано в закон в конкретных процедурах, и, может быть, даже в датах. Это их встречная обязательность. Представим себе, что бюджет Республики Казахстан невозможно утвердить, если до этого разрозненные профсоюзы или централизованные профсоюзы не сделают своего заключения о минимальной заработной плате, о потребительском минимуме и т.д. Правительство, конечно, может и не исполнить это заключение с его рекомендациями, но правительство в принципе не должно иметь права (и парламент тоже) двигать дальше бюджетный процесс, пока нет такого заключения. То же самое по отраслевым и областным делам. Это все должно быть записано в законодательстве. Прозвучали, скажем, тарифы. Вообще публичные слушания по тарифам это чистой воды постановка, профанация. В нормальных публичных тарифных слушаниях обязательно должны быть расписаны процедурные роли и обязательное процедурное участие, в том числе и работодателей и работников, потому что тариф – тоже очень важная часть социального процесса.

В заключение скажу, что по-хорошему все это должно быть в Трудовом кодексе. Мурат Машкенов правильно сказал, что на самом деле правительство сейчас в оперативно-ситуативном порядке пытается реагировать на Жанаозен. Вся эта социальная модернизация, все это оттуда. Если не лепить какие-то подпорки в законодательство, если есть серьезное намерение выстроить социальное партнерство, то нужно брать Трудовой кодекс – документ иерархически более важный, чем все эти изменения и дополнения и законопроект о профсоюзах (который вообще не нужен). В Трудовом кодексе должно быть и про «Атамекен» все, что надо, и про профсоюзы все, что надо, и про их обязательное взаимодействие. В таком случае наши намерения могут стать реальностью.

Эльвира ПАК, руководитель офиса Фонда им. Фридриха Эберта в г.Алматы:

Я на протяжении нескольких лет занималась образовательными программами для профсоюзов с участием немецких профсоюзных экспертов-тренеров. И как бывший преподаватель политэкономии, преподававший 11 лет, я категорически против монополий и олигополий. Профсоюзы должны иметь право в соответствии с международными стандартами иметь столько профсоюзных объединений, сколько они хотят, или, если не могут договориться, будут рождать новые объединения.

У Казахстана очень большие амбиции, войти уже не в 50, а в 30 наиболее развитых стран. Конечно, нужно соответствовать по всем международным параметрам, чтобы международные работодатели, те же транснациональные компании могли видеть достаточно убедительного, сильного партнера. Профсоюзы должны быть действительно сильными. Но в этом проекте закона, только лишь в отдельных выдержках, которые прозвучали из уст господина Сарбасова и ссылок господина Машкенова, есть основополагающие статьи и параграфы, которые требуют серьезного пересмотра. Иначе изначально, имманентно будет запрограммирована слабость профсоюзов.

Кроме того, нужно помнить, что трудовые конфликты – это имманентно присущая конфликтная ситуация в любой стране, в любом обществе, даже если оно продвинуто. Задача заключается в том, чтобы переговорные стороны – работодатели и профсоюзы – могли сеть за стол переговоров, и как бы ни было трудно, договориться о разрешении конфликтов. Все эти задачи мы ставили в ходе своих образовательных семинаров. Но эти семинары являются недостаточными, нужно по всей территории страны проводить, надо их проводить с большой интенсивностью, с большей частотностью, так, чтобы вовлекались туда и молодые члены профсоюзов.

Кроме того, я хотела бы сказать о том, что профессиональные союзы должны располагать большими правами на доступ к внутренней бюджетной финансовой экономической кухне предприятий и отраслевых показателей. И работодатели должны это понимать, это в их интересах. Памятуя о трагических событиях в Жанаозене, они должны помнить о том, что в их интересах получать профессиональных работников, умеющих вести переговоры, умеющих аргументировано отстаивать свои права и интересы, в том числе и в решении тарифных вопросов. И не надо заниматься элементарным мелким подкупом, давая путевки в профилактории, в базы отдыха и т.д. Это все мелкие подачки, которые являются унизительными для самих работников, для самих профсоюзных движений, и не решают глубокие трудовые конфликты, которые не разрешаются со стороны работодателей. Я благодарна «Кипр» за то, что вы собрали такой форум. На наш взгляд, есть две обязательные стороны процесса – работодатель и наемные работники в лице профсоюзов. Государство же не должно выступать в качестве контролера, государство должно быть сторонним наблюдателем, потому что у государства итак много стратегических проблем и задач, сосредоточьтесь на этом, а трудовые конфликты позвольте решать растущим профсоюзам в переговорах со своими работодателями.

Андрей БАКАЕВ, главный специалист по правовым вопросам Алматинского союза профсоюзов:

Я знаю, что не везде есть законы о профсоюзах, где-то они называются по-другому – законы о профессиональных союзах, правах и гарантиях их деятельности. Последняя часть названия закона очень важна, у нас же он просто называется законопроект, старый закон 1993 года – «о профессиональных союзах», про права и гарантии не сказано. А ведь это очень важный момент. Недавно был принят закон о палате предпринимателей, хороший он или плохой, уже говорить поздно, он принят, его нужно выполнять. Там прекрасные положения о том, что представители палаты предпринимателей назначаются и в мажилис, и в сенат (Гани Касымов недавно был назначен представителем), но ведь мы говорим о равенстве представителей работников и работодателей в социальном партнерстве. Так почему бы не включить в законопроект положение о том, что наравне с палатой предпринимателей в парламенте и в других региональных представительных органах должны быть в обязательном порядке и представители работников. Пускай это будут профсоюзы. Если уж мы говорим о равноправном партнерстве.

Теперь о гарантиях профсоюзных работников.

Старый, ныне действующий, закон от 1993 года – вообще-то неплохой. Но, как тут уже правильно говорили, он вообще не нужен, потому что есть законы о некоммерческих организациях, об общественных объединениях. Так вот, не освобожденный профсоюзный работник на протяжении 3-5 лет работал у себя в организации, в любом случае вступал в конфликтные ситуации с работодателем, отстаивая права работников, прошло время, его переизбрали, и в любой момент работодатель может вспомнить его старые прения и уволить, повод всегда можно найти. В действующем законе есть положение о том, что работодатель не имеет права по определенным мотивам расторгать трудовой договор с бывшим не освобожденным профсоюзным работником (за исключением совсем грубых нарушений). Я бы хотел, чтобы это положение осталось, перешло в новый законопроект.

Кроме того, в законе о некоммерческих организациях, об общественных объединениях, говорится о том, что профсоюзы – это только индивидуальное членство, партии – то же самое. В новом же законопроекте разработчик предлагает положение о том, что членами профессиональных союзов могут быть профессиональные союзы. Абсурд. Причем для партий все остается, как было по старому закону, а про профсоюзы меняется. Профсоюзы могут организовывать профсоюзы. Юридический нонсенс.

Что касается уставов, в законопроекте есть огромная глава об уставе профессионального союза. В законе о тех же общественных объединениях и о некоммерческих организациях конкретно сказано, что должно быть в уставе, зачем это еще и переливать в новый закон о профсоюзах? Причем, сноска, которую правительство представило в парламент, эти изменения сделаны потому, что принимается новый закон о профсоюзах. Но те-то законы об общественных объединениях, о некоммерческих организациях повыше будут по иерархии. Там и уставы расписаны, и членство индивидуальное. В некоммерческих объединениях членство может быть коллективное, а в профессиональных – только индивидуальное.

Лариса ХАРЬКОВА, вице-президент Конфедерации свободных профсоюзов Казахстана:

Я присоединяюсь ко всему, что сказал Мурат Машкенов, мы все это разрабатывали совместно, я не буду останавливаться на свободе объединения, хотя это очень важный момент для профсоюзов. И я не согласна с выступлением Своика – как это монополия? Значит, перечеркнуть все международное право, что ли? Перечеркнуть все конвенции, которые мы принимали? Не может быть такой монополии в профсоюзах. Почему тогда партии не делают монополию? Почему бы нам всем не вступать в «Нур Отан» и не делать каких-то других партий. Такого не должно быть, каждый имеет право на свободу объединения, решения, где состоять.

Другое дело, если бы мы, профсоюзы, договорились и сделали бы единый профсоюзный центр. Но это дело будущего. Думаю, если этого (состоять в едином центре) действительно захотят сами члены профсоюзов, а не только профсоюзное руководство, тогда это осуществимо. В любом случае, право каждого человека – состоять или не состоять в профсоюзах, потому что профсоюзы существуют на взносах. И те взносы, которые подкрепляются членами профсоюза, вносятся в эту организацию добровольно. Иначе быть не может, потому что мы не можем заставлять человека платить взносы. Это его добровольное право.

В технических замечаниях МОТ, в разделе 25, говорится о праве на забастовку. У профсоюзов инструментов очень много, но мы их почему-то не используем. Почему-то боятся слова «забастовка». Для того чтобы забастовки не было, есть достаточно процедур в Трудовом кодексе. Это примирительная комиссия, это право, на котором стороны могут договориться. Это и трудовой арбитраж, это тоже право, на котором стороны могут договориться, не доводя до забастовки. Но это право нужно развивать, нужно немного скорректировать наше трудовое законодательство, внести изменения в 303 статью второго пункта и дать возможность самим профсоюзам принимать решения, ведь мы представители работников, почему нас обязывают на общем собрании, более 50 процентов голосов и т.д., опять нас загоняют в цифровые рамки. Такого не должно быть. Если мы принимаем сторону работника, мы выступаем от их имени, мы можем предъявлять эти требования работодателю. Мы подотчетны членам профсоюза, несем полную юридическую ответственность. Это потеря времени – пока проведешь это собрание, пока соберешь эти подписи, получается, что процедура провальная. В результате происходят стихийные забастовки, когда не члены профсоюза начинают обращаться к другим организациям, к третьей стороне, и эта третья сторона начинает учить, как делать забастовку, как применять ее и т.д., и получается – Жанаозен. И поэтому нужно очень убедительно и точно сформулировать наши права и права тех членов, которые создают профсоюзы. Это, прежде всего, добровольность, а дальше – это наши внутренние дела. По тому же уставу – да, форма должна быть, мы должны ее применять, но добавлять и изменять ее – это наше право. И не надо это водить в определенные рамки.

Эльвира ПАК, руководитель офиса Фонда им. Фридриха Эберта в г.Алматы:

Презентация г-на Сарбасова выглядит великолепно, но весьма абстрактно. Я хотела бы у вас спросить, вы упомянули, что 125 замечаний и предложений прозвучали, но вы даже ни одной из них не упомянули. Это что, высокомерие министерства труда по отношению к тем замечаниям, которые прозвучали? Второй вопрос: провели ли вы или планируете ли вы провести такие слушания, обсуждения проекта закона в таких индустриальных регионах, как Жанаозен, Актау, Жезказган, Караганда, Усть-Каменогорск или Актобе?

Акмади САРБАСОВ, председатель Комитета по контролю и социальной защите Министерства труда и социальной защиты населения РК:

Что касается 125 предложений, они приведены в сравнительной таблице, утаек никаких нет. Что касается региональных обсуждений, вы озвучили эти регионы, мы обсуждения, в том числе и общественные, проводили на площадках. Мы считаем, это тот орган, где конструктивно социальные партнеры высказывают свое мнение. Там представлены как работодатели, так и работники. Кроме того, проект закона размещен на нашем веб-сайте.

Марат ШИБУТОВ, политолог, аналитик:

Я хотел бы спросить господина Сарбасова о некоторых правах профсоюзов. Первый вопрос – будут ли вводиться какие-то права профсоюзов на участие в определении квот на привлечение иностранной рабочей силы? Сейчас мы имеем механизм привлечения 57 тысяч человек из числа квалифицированной рабочей силы, на днях будет еще 100 тысяч неквалифицированных в виде нанимаемых физических лиц. Это квоты, которые определяет МВД. Думаю, участие профсоюзов в определении квот на привлечение иностранной рабочей силы должно быть обязательным для министерства труда, потому что в решении этого вопроса участвует только минтруда и работодатель. Профсоюзы, получается, не участвуют, хотя гастарбайтеры – это проблема именно профсоюзов.

Второй вопрос – по участию профсоюзов в переговорах по Единому экономическому пространству и по ВТО. Везде участвует опять же только бизнес, но дело в том, что многие соглашения по ВТО и ЕЭП влияют непосредственно на занятость и зарплату. Может, как-то прописать хотя бы одной статьей, что профсоюз должен привлекаться к решению этих вопросов на республиканском уровне. Потому что это реально права людей, это вопрос рабочих мест, потому что на них-то все и сказывается в итоге.

И третий вопрос. Дело в том, что Ассоциация вузов вместе с работодателями готовит отраслевые стандарты для молодых специалистов – сертификаты. Это англо-саксонская система, что диплом это ерунда, а основное, что получена квалификация от какой-то специальной системы. Но мы же знаем, что в англо-саксонской системе эту квалификацию дают профсоюзы. В дальнейшем, если вузы будут это продолжать, необходимо включить и профсоюзы в этот процесс, чтобы квалификацию выпускника и работника оценивали также профсоюзы, это тоже надо вписать, потому что, если без них это будет, опять будет большой конфликт.

Акмади САРБАСОВ, председатель Комитета по контролю и социальной защите Министерства труда и социальной защиты населения РК:

Что касается привлечения иностранной рабочей силы и участия профсоюзов в этом процессе, эти процедуры прописаны в отдельных законах, и правила соответствующие есть. Что касается разработки этих законов и правил, принцип трипартизма министерство труда как разработчик выдерживает всегда. В нашей рабочей группе наши социальные партнеры такие, как «Атамекен», Конфедерация работодателей, Федерация профсоюзов, они все представлены.

Что касается непосредственно процедуры привлечения иностранной рабочей силы, на местах на уровне акимата заявки приходят от работодателей. Но там есть комиссия, в состав этой комиссии, я более чем уверен, что входят областные территориальные объединения профсоюзов. Поскольку они представлены на уровне регионов. Что касается ВТО и ЕЭП, в формате рабочих группах тот самый принцип трипартизма мы выдерживаем, профсоюзы участвуют. В частных вопросах переговоров – это больше к министерству экономики.

Что касается стандартов, речь идет о профессиональных стандартах, это в целом система квалификации, вот мы 2012 году в Трудовом кодексе отдельной главой пытались описать систему национальной квалификации. И там в духе трипартизма написано, что все делается совместно с объединениями работодателей и профессиональных союзов.

Лайла АХМЕТОВА, Председатель Союза женщин интеллектуального труда, член Федерации профсоюзов РК:

Закон о профсоюзах существует столько лет и все время поднимался вопрос о том, что надо бы новый законопроект, и он все время откладывался. И, скорее всего, профсоюзы не занимались столь активно его продвижением, потому что в старом законе очень много хорошего, нужного, необходимого, и все думали, что, если будет новый законопроект, то будет хуже, а не лучше. Действительно, именно президент поднял этот вопрос после такого печального события, как Жанаозен.

Я хотела бы сказать к выступлению господина Сарбасова: когда вы говорили о результатах, то везде говорилось о рисках и о предупреждении конфликтов. Я бы хотела предложить добавить не только предупреждение, но и разрешение конфликтов. То есть профсоюзная сторона, если конфликт произошел, должна активно принимать участие.

Интересно Своик сказал, что нужны несколько профсоюзных движений, но в то же время и не большое множество.

Я присоединяюсь к предложению прописать в новом законопроекте гарантии профсоюзного работника, как это было в старом. Я работала в 90-х годах, и, когда активно выступала, выходя из кабинета руководителя, я была твердо уверена, что я работаю. И даже если меня из профсоюза уберут, то я еще три года работать буду. Думаю, это очень необходимо. Тогда профсоюзный работник будет защищен.

Когда говорили про закон о предпринимательстве, про то, что нужна связка всех этих законов, что должно быть прописано представительство профсоюзов на уровне принятия решения, согласно, что это должно быть сделано. Это как раз равность сторон.

По иерархии законов. Все законы должны быть равнозначны, что закон об общественных организациях, что закон о профсоюзах, о предпринимателях. Не должно быть, что кто-то на первом, а кто-то на последнем месте. Я всегда стояла за единый профсоюзный центр, и я думаю, что в этом году за столом переговоров чаще встречаются профсоюзные деятели, и я думаю, что дело потихоньку идет к этому, чтобы мы были едины – не по всем вопросам, но по каким-то принципиальным.

Ну и главная задача профсоюзов это наша солидарность, защита прав и интересов трудящихся, работников наемного труда и самое главное сейчас – это поднять наш авторитет и численность нашего профсоюзного движения. Международная конфедерация профсоюзов нам говорит со ссылкой на наше министерство труда, что в стране 4,5 миллиона работающих женщин, а в Федерации профсоюзов – только 800 тыс. Вот, мол, резерв, вы должны идти и привлекать к членству в профсоюзах.

Тамара ГЛАЗКОВА, председатель алматинского профсоюза работников связи «Камкоршы»:

Все 20 лет независимости нашего государства основным игроком на профсоюзном поле была Федерация профсоюзов. Она объединяла, имела право принять в свои ряды, исключить из своих рядов. На сегодняшний день мы видим, что проект закона усиливает монополию этой Федерации профсоюзов Казахстана (ФПК). Но вот случился системный сбой, на который обратил внимание и глава нашего государства.

Одной из причин сбоя стали кадры. Многие из вас знают отраслевых профсоюзных лидеров ФПК. Давайте вспомним их лица и увидим, что это люди в основном старшего возраста, и даже если кто-то уходит, то на его место приходит примерно такого же возраста. И вот мы задались вопросом, почему. На уровне регионов у нас есть сильные профсоюзные объединения, и сильные профсоюзы, но там все равно большинство людей старшего возраста. На уровне организаций, где у нас работают профсоюзы, есть молодые, креативные, которые хотят, могут и работают. Но идти на профсоюзную работу не могут на освобожденные места, потому что эти люди не освобождены от своей работы, они работают там у работодателя, получают заработную плату, имеют какие-то льготы, гарантии, права и работают по совместительству профсоюзными лидерами. Работают с удовольствием и работают по несколько сроков, но уйти куда-то вверх человек не может и не хочет. Потому что у молодого человека есть потребности – семья, дети и т.д. А (у профсоюзника) зарплата низкая, нет никаких социальных лифтов. Мы думали, когда будет готовиться новый закон, на это обратят внимание. Ведь болашаковцы не стоят у нас в очереди на профсоюзных лидеров, а наши студенты – поголовно члены союза, но, когда уходят на предприятия, вступают в ряды профсоюзов, а на выборные профсоюзные позиции не идут. Мотивации нет. И ни на один из этих вопросов, к сожалению, не отвечает наш проект закона, потому что, если мы хотим сильного социального партнера, значит, должны быть сильные кадры.

20 лет независимости ФПК не занималась кадровой работой в полном объеме. У них есть слабодействующие профсоюзные курсы. У нас нигде не учат на председателя профсоюзного комитета, нигде не учат на профсоюзного лидера более высокого уровня. Это тоже одна из проблем. У нас в Трудовом кодексе один из принципов – осуществление общественного контроля над соблюдением трудового законодательства. Но в законопроекте о профсоюзах даже этого нет, там есть контроль над безопасностью труда, а все остальное? Законопроект в отношении прав, гарантий и мотиваций ничего не дает, а если не будет мотивации, то не будет креативных людей в профсоюзах и будет то, что мы имеем сейчас.

Много говорили о структуре профсоюзного движения, но почему мы не замечаем тех наработок, которые у нас сейчас есть? Петр Владимирович прав: не нужно обязывать вступать куда-то, но надо дать такое право. Кроме того, если будет непонятно, какой выгоды ждать от вступления в отраслевой профсоюз, при том, что туда надо платить взносы, то кто же будет туда вступать. Никакие силы, никакие законы не заставят. Нельзя монополизировать отраслевые профсоюзы, нельзя насиловать, ломать людей через колено. У нас ведь есть наработки по структуре. Казахстан – особенная страна с большой территорией и небольшим населением. У нас на уровне отрасли действуют ассоциации. Чем плох этот вариант? Если ты вступил куда-то добровольно, ты будешь платить взносы, а если тебя заставили вступить, то ты все равно каким-то образом уйдешь от них. Поэтому профсоюзы – это добровольные объединения и нужно договариваться.

Думаю, министерству труда все-таки нужно обратить на нас внимание. Мы много посылали вам различных замечаний, предложений, изменений, обратите внимание на наш крик души. Потому что этот законопроект, который сейчас идет, приведет к развалу еще большему. Ведь глава государства сказал, что профсоюзы у нас созданы по старому советскому образцу, это имеются в виду отраслевые структуры. Давайте изменим систему, но не обяжем, а дадим право вступать. Тогда у нас что-то изменится. Конечно, на уровне республики, может, и не нужно 200 профсоюзных объединений, может, достаточно трех или пяти. Я в принципе вообще тоже за один центр, но это одно объединение не должно быть монополизированным.

По поводу отраслевых соглашений. Одна из причин, почему они не работают и не заключаются – надо определить стороны соглашений. Мы заключаем отраслевые соглашения с профильными министерствами, а вообще-то все деньги – в ФНБ «Самрук-Казына», который является акционером, в основном, национальных компаний и холдингов. В такой ситуации попробуй с министерством транспорта и телекоммуникаций договориться о повышении отраслевых коэффициентов, если «Самрук-Казына» оставил фонд оплаты труда на уровне прошлого года. Кто согласится и каким образом Минтранс воздействует на это отраслевое соглашение. И это же не только по связи – сколько компаний входит в ФНБ. Ведь министерству тоже нужно каким-то образом провести переговоры и систему социального партнерства направить в правильное русло, чтобы было с кем договариваться.

Юрий СНЕГИРЕВ, председатель профкома ОО «Табако АПК» профсоюза работников АПК:

Я бы хотел вернуться к тому, что 2,5 миллиона работников на сегодняшний день от занятого населения составляет 30%. Было сказано, что довольно низкая активность в профсоюзах. У меня несколько вопросов. Я бы хотел бы услышать от господина Сарбасова, что такое активность профсоюзов, как это понимает Минтруда.

Далее была мысль о том, что работодатели на сегодняшний день не готовы представлять интересы работников. Да они никогда не будут готовы представлять их интересы, т.е. это совершенно противоположные полюса – работники и работодатели. Я думаю, что это просто некорректная формулировка.

Далее. Мне нравятся руководители крупных транснациональных компаний, международных, особенно. Они, завоевывая рынок, в том числе и в Казахстане, никогда не ломают все от и до, т.е. они проводят сначала аудит, анализ, потом все хорошее оставляют, остальное отметают. В нашей разработке нового законопроекта о профсоюзах получилось совсем наоборот – все сразу убрали и начали с чистого листа. Думаю, это не очень рациональный подход, потому что в старом законе было много статей, которые действительно можно было бы оставить и даже улучшить еще больше в новом проекте закона. Я имею в виду положения именно о правах, об ответственности.

Самое интересное, что в новой редакции предлагаемого проекта права прописаны довольно-таки условные. Права ты вроде имеешь и вроде как не имеешь, а вот ответственность уже реальная. Допустим, ответственность за разжигание забастовок или социальной розни. Уже сейчас руководители ТНК начинают потихонечку щелкать профсоюзы по носу в плане того, что, ведя переговоры по достойной зарплате или по минимальной зарплате в этой компании, вы уже являетесь разжигателем социальной розни. Т.е. как бы дают понять, что могут, так сказать, поставить в стойло, начинают, говоря современным языком, прессовать потихонечку профсоюзы.

Я поддерживаю коллег в том, что нужно четко прописать гарантии выборных профсоюзных работников, потому что, если не будет определенной защиты со стороны закона для выборных профсоюзных работников, то ни о какой активности речи не будет идти.

Наджат КАДЫРОВ, исполнительный директор Конфедерации работодателей РК:

Институт трипартизма существует в Казахстане более 20 лет и, надо сказать, что эти годы мы избегали монополизма. Или правительство, или минтруда со стороны правительства всегда подписывало, руководил всегда заместитель премьер-министра, было минимум трое работодателей и долгое время тоже три профсоюза. Т.е., несмотря на голубую мечту правительства иметь одного партнера-работодателя и одного партнера от профсоюзов, их всегда было по трое. До сих пор монополизма избегать удавалось.

В этом году подписан и уже действует закон о Национальной палате предпринимателей. Мы как Федерация работодателей очень были заинтересованы и принимали активное участие в течение всего года в обсуждении этого закона. И, казалось бы, удалось избежать монополизма, на всех уровнях мы хотели получить единую рекомендацию и, так оно, в общем, и получилось. Ведь сегодня в законе четко написано: «Все предприниматели-работодатели Казахстана должны быть членами Национальной палаты предпринимателей». Т.е. монополизм, оказывается, может быть косвенным. Вместе с тем, такие же структуры, как Конфедерация работодателей, имеют право на жизнь.

Этот закон не запрещает функционирование, существование, продолжение деятельности. Конфедерация существует уже 13 лет, но косвенный монополизм лишил нас членской партии. Т.е. все наши члены теперь должны платить взносы в Национальную палату предпринимателей. Контролировать, вы знаете, будет налоговая инспекция. Что это значит? Понятно, что все члены будут именно туда платить. Для нашего существования финансовые гарантии какие? Если предприятие решит платить и в Национальную палату и в Конфедерацию работодателей, тогда мы будем иметь какие-то финансовые ресурсы, но это вилами на воде писано. То же может получиться с законопроектом в плане Федерации профсоюзов. Получается, в ходе всего обсуждения такая косвенная направленность на создание монополизма со стороны Федерации профсоюзов Казахстана. Мы с ФПК более 20 лет сотрудничаем, достаточно дружно работаем. Во всех мероприятиях международных организаций мы соответственно участвуем, но надо сказать, что международные нормы не допускают такого монополизма, когда в стране один профсоюз или одно объединение работодателей. И это очень важно.

Например, «Атамекен» с 2005 года существовал, и все эти годы было недовольство, что он пытался быть один. А теперь, с созданием Национальной палаты предпринимателей, учредителем которой является правительство с одной стороны, а с другой – «Атамекен», этот вопрос усугубился. Я даже не знаю, как сейчас будет Международная организация труда выходить из этой ситуации. Будут признавать НПП или будут так же держаться в стороне, как это было с «Атамекеном». Поэтому я бы хотел, чтобы в проекте закона мы избежали монополизма, даже косвенного, и намека на него. Думаю, просто острая необходимость – использовать те моменты, которые были высказаны сегодня. Думаю, министерство труда придет к этому, и закон примет тот вид, которого от него ждут все работники страны.

Людмила БЕЛОВА, председатель совета директоров Smart Solution Personal:

Я не являюсь работником профсоюза, я представляю здесь как раз таки работодателей и наемных работников. И у меня даже не вопрос, а ремарка человека. Говорилось о сильном социальном партнере. При этом в презентации минтруда приведены данные, что профсоюзы охватывают всего 30% работоспособного населения РК. Но в чем тогда сила? А 70% в социальном диалоге, получается, не участвуют и, соответственно, как же мы будем гарантировать, что, договорившись с 30%, мы будем контролировать поведение тех, кто остался. Как будут эти 70% представлены в социальном диалоге, и кто будет отстаивать их интересы. Я внимательно читала перед сегодняшней встречей и действующий закон, и те поправки, которые планируется ввести. Я не увидела там тех ремарок, которые на сайте в качестве предложений указываются, о том, какие полномочия или права со стороны профсоюзных организаций будут направлены на привлечение и увеличение количества охваченных профсоюзной деятельностью работников. Для меня было сегодня удивлением, что у нас существует 800 первичных организаций. Это действительно очень много с точки зрения числа, но с точки зрения участников, судя по всему, эти организации малочисленны. В этой связи вывод о том, что они в большинстве случаев «карманные», становится уже более явным. Потому что это, скорее всего, организации, которые созданы на каких-то предприятиях и чаще всего при содействии наверняка работодателя, чтобы им проще было подписывать те самые коллективные договора, контролировать исполнение, контролировать обязательства, которые в этот коллективный договор вносятся.

Поэтому, хотелось бы обратить ваше внимание не на то, чтобы делить, у кого сегодня полномочий больше, и решать, монополия это или нет. Монополия среди 30% – это, наверное, не так страшно. Также хотелось бы все-таки, чтобы какие-то действия были целенаправленно проведены для того, чтобы в социальном партнерстве были представлены и оставшиеся 70%. Пока получается, что большая часть работников совершенно не представлена ни в каком диалоге.

Марат МОЛДАБЕКОВ, председатель профсоюза работников науки, председатель Ассоциации алматинских профсоюзов «Одак»:

Я сам работаю в этой сфере и достаточно информирован в ситуации, касающейся наших профсоюзов. Тем более, наш профсоюз является членом ФПК.

Если коротко, то по проекту закона мы уже тоже свои предложения депутатам отправили, и наши предложения совпадают с теми, что озвучил Мурат Машкенов. Если на сегодня оставить все как есть, это в первую очередь будет выгодно моей родной ФПК. Потому что все отраслевые профсоюзы уже там находятся. Кто пойдет завтра во второе или третье объединение? Никто, нет таких. Все это надо знать и понимать. Я бы предложил только одно: в предложении «локальные профсоюзы являются членами отраслевых» заменить «являются» на «могут являться». Тогда значительная часть вопросов уйдет в сторону.

Далее. Каково положение на сегодняшней день. Довольно большая часть работоспособного населения не охвачена профсоюзами. Давайте посмотрим на них. Что они – плохо одеты? Они голодают? Меньше получают? Т.е. я хочу сказать, что если вступать в профсоюз, то должно быть что-то, что очень сильно мотивирует к этому, дает какие-то весомые права, гарантии. Сегодня этого нет.

Далее. Давайте посмотрим на активность профсоюзов. График возьмем от нуля и выше. Нулевая активность профсоюзов – первая точка. Это вариант, выгодный для работодателя, чиновникам тоже хорошо. Членам профсоюза, может быть, плохо, но они находят другой вариант: занимаются спортивными, культурно-массовыми мероприятиями и т.д. Представим теперь, что активность увеличивается. Что получается? Здесь, естественно, сразу будет повышенный интерес властей к профсоюзам. Повышенный интерес работодателей. В профсоюзах может произойти увеличение членства. Для работодателей и больших чиновников такой вариант был бы нежелателен. Где же середина?

Также хотел сказать, что профсоюз – это живое существо. Голова – профком, туловище – члены профсоюза, масса людей. На предприятиях туловища задавлены, голова тоже. Головами в городе, в районе и т.д. интересуются управления внутренней политики. На уровне республики то же самое. Вот это надо как-то учитывать.

Вот еще вопрос: разве сегодня действующий закон запрещает нам проводить митинг против повышения цен / тарифов и т.д. Есть же эта возможность, а почему митинги не проводятся? Потому что идет полнейшая диктовка из акиматов. Когда завтра примут этот новый закон, вы думаете, профсоюзы станут лучше работать или лучше защищать? Не произойдет этого. Вот в чем вопрос. Если наши власти искренне заинтересованы, чтобы все это действительно заработало, то все они должны понимать и принимать соответствующие меры. Если будет закон, как сейчас в этом проекте заложено, то и тогда все-таки выход есть. Работники и члены профсоюзов будут просто выходить из профсоюза. Уходить, потому что – а зачем бы им это было надо?

Данат ЖАНАТАЕВ, председатель Алматинского городского профсоюза «Парасат»:

Действительно, необходимость принятия такого закона назрела. И его надо было принимать еще вчера. Но не секрет, что за эти 20 с лишним лет образовались отдельные «карманные» профсоюзы – ведомственные, ректоровские, директоровские. Все это мы прошли, поэтому, наконец-то, государственные органы повернулись лицом к профсоюзам и хотят их упорядочить. Я согласен с Петром Своиком, что монополия в хорошем смысле должна присутствовать. Не важно, касается ли это существующей ФПК или другой, будущей, закон этого не запрещает. Поэтому надо перестать при упоминании республиканских профсоюзов сразу представлять ФПК.

Страна меняется быстрее, чем мы думаем. Видно, что министерством хорошо был изучен опыт других стран. Конечно, речь не идет о том, чтобы чужие модели взять и перенести в Казахстан. Надо учитывать наши особенности, в том числе, географические, ментальные и прочие. И поэтому, я считаю, что монополизм в хорошем смысле не повредит и нужен, если мы хотим усилить роль профсоюзов. Сегодня работодатель силен как никогда – у него все рычаги. А у профсоюзов что есть? У него ничего нет. Вот этот закон он даст ему какую-то подмогу.

Далее. В законе практически ничего не написано об участии молодежи. Мы столкнулись с такой проблемой – коллективные договора, заключаемые между студенческими профсоюзами, организациями и администрациями, не регистрируются уполномоченными органами, поскольку ничего не написано об этом в законе. А ведь это огромная масса – только в Алматы имеется 300 тысяч студентов. В нашем профсоюзе – 120 тысяч студентов. Поэтому, думаю, надо обратить внимание.

Владимир КУРОЧКИН, председатель профсоюза работников культуры «Руханият»:

Меня интересует вопрос. Если при регистрации отраслевые профсоюзы будут филиалами, то кто будет создавать региональные объединения профсоюзов, которые являются представителями в переговорном процессе с властью в регионе? Это основной вопрос. Я тут с коллегой немного не согласен. Да, мы все вышли, мы стали все юридическими лицами и создали Алматинский союз профсоюзов, который на протяжении 15 лет ведет переговоры с акимом города и, по крайней мере, в Алматы, в Алматинском регионе мы не можем, значит, припомнить такие случаи, подобные Жанаозену. Это тоже роль профсоюза. И если мы сейчас поддержим этот законопроект, который при регистрации лишит отраслевые профсоюзы статуса юридического лица, мы потеряем многое.

А в основном прослеживается одно – поднять все профсоюзные взносы наверх и потом решать вопросы. К нам уже поступило предложение о том, если 20 тысяч членов профсоюза председатель объединяет, то ему заработную плату установить в размере 15 минимальных зарплат (МЗП). Т.е. в Совете ФПК уже решили вопрос, кому какую зарплату назначить. Это абсурд. И почему в уставе я должен быть обязательно членской организацией? Хорошо, я на договорной основе работать буду, ради бога. Решим этот вопрос в рабочем порядке.

Я обратился с договором и т.д. в свой республиканский отраслевой профсоюз – тишина. Не хотят. Потому, что их не устраивают те условия, на которых они будут представлять наши интересы в переговорном процессе с отраслевым министерством. Нет, говорят, вы сами. Все споры будут решать на местах. Т.е. поднять взносы наверх и назначать председателей филиалов. Назначать! Не избирать, заметьте, как сделано уже в Алматы. Сейчас назначенный председатель филиала ходит по моим структурам, а их 81, ходит и уговаривает их перейти к ним. Абсурд.

Самое интересное, в уставе нужно писать обязательно, оказывается, порядок распределения взносов. Нонсенс. Поэтому хотел бы сказать, если в таком плане будет закон принят, что лишаются статуса юридического лица отраслевые профсоюзы, в данной ситуации мы получим обратный эффект – не усиление роли профсоюзов, а отток членов профсоюзов. Потому что первичная организация, которая объявляется основным держателем этих средств, скажет, что им в таком случае лучше будет без профсоюзов. Обратите внимание, ФПК, значит, очень хорошо сказала о потребительской корзине. Да, потребительская корзина сегодня разрабатывается не так, как она должна быть. Она в три раза занижена. И в то же время, Абельгазы Кусаинов выступает в роли адвоката правительства. Ну, мы же понимаем, что бюджет не резиновый. Вот в этом плане он и туда и сюда. Здесь, считаю, надо решать вопрос. Обратите внимание, бюджетные организации уже три года не имеют повышения уровня заработной платы. Т.е. базовый должностной оклад как был в 2011 году установлен, таков он и сегодня. Хотя государственным служащим президент пообещал с 01 января 2014 года на 50% корпусу Б поднять заработную плату. Вот вам, пожалуйста, где роль профсоюза в этом?

Акмади САРБАСОВ, председатель Комитета по контролю и социальной защите Министерства труда и социальной защиты населения РК:

У нас есть все уровни социальных партнерств, где есть профессиональные союзы. Никакого отличия нет на право создания, вхождения.

Я ответственно заявляю, что мы не сторонники монополизма. Мы с господином Машкеновым каждый год ездим на конференцию МОТ в Женеву и МОТовский инструктаж четко выполняем. Вместе выполняем, в одном кабинете сидим. Поэтому в законопроекте монополизма нет. Одна организация – 2-3-4 профсоюза. В отрасли то же самое. Не нравится Федерация, вступайте в Конфедерацию. Никто же не запрещает. Мы хотим в рамках закона описать то, что есть на практике и не более того. Никакого ограничения конституционных прав общественных объединений не предусматривается проектом закона.

Когда я говорю о качестве социального партнерства, я говорю о членстве. Мы хотим простимулировать численность профессионального союза. Когда у нас всего 30% коллективных договоров, это значит, что работодатель не видит интересов работников. Когда я говорил, что просто работодатель будет представлять работников, наверное, я оговорился. Потому что я имел виду, что в такой ситуации работодатель не слышит и не видит работников. А мы должны это менять.

Тамара ГЛАЗКОВА, председатель профсоюза работников связи «Камкоршы»:

Я, кроме того, что председатель, еще и юрист, и мы посылали вам замечания. Ваш закон сам себе не соответствует, т.е. одна статья противоречит другой. Мы сейчас этого не касались. Мы не разбирали постатейно закон. Мы вам и такую таблицу пришлем, хотя уже присылали. Как юрист, скажу, что там, простите, черт ногу сломает. Вы заявляете о множественности профсоюзов, потом говорите, что должен быть один профсоюз. То белое, то черное. В законопроекте есть про коллективное членство, хотя основной принцип членства в профсоюзах – индивидуальный, это добровольная организация.

Акмади САРБАСОВ, председатель Комитета по контролю и социальной защите Министерства труда и социальной защиты населения РК:

Я не могу сказать, что бардак в законопроекте. Его смотрели многие, в том числе научные, юридические объединения. Все стадии прошли. Я вначале сказал, что получили 125 предложений, наверное, там и ваше предложение есть. Мы будем обсуждать, готовы. Давайте вместе обсуждать. Если надо улучшить редакцию – мы улучшим. Мы же не говорим, что мы последняя инстанция и все. Все же обращаются напрямую к депутатам, и мы играем по их правилам. В рабочей группе Конфедерация у нас представлена.

Еще раз подчеркну, мы не ограничиваем прав на создание и на вступление в профсоюзы. Это право четко прописано. Если вас не устраивает одна организация, вступайте в другую, либо создавайте третью.

Мурат МАШКЕНОВ, генеральный секретарь Конфедерации труда Казахстана:

Не буду вступать в полемику, потому что это бесконечные вопросы. Отмечу только один: как в министерстве юстиции могли такой законопроект, положения которого противоречат нормам международного права и конвенций, которые Казахстан ратифицировал, согласовать и передать в парламент?

Прежде чем уйти в парламент, законопроект должен пройти экспертизу. Вот о чем речь. Юриспруденция – вещь конкретная. Когда проходишь государственную регистрацию или перерегистрацию юридического лица, каждая буква обретает свое значение. И запятая, и прочерк, все остальное. Поэтому здесь не надо заниматься крючкотворством и словесной игрой. Если написано в законе про членство в профсоюзе, в республиканском отраслевом объединении, а ты в уставе не укажешь этого, то ты регистрацию не пройдешь. Это факт. Поэтому говорить об этом не буду и не хочу. Таких заковырок много.

У меня сложилось твердое убеждение, что это закон не о профсоюзах, а о Федерации профсоюзов Казахстана. Второе. На сегодняшний день мы не выполнили или до конца не выполнили главное поручение президента – по модернизации социальной сферы. Что мы сейчас сделали это полумера, и пока мы только в начале пути, считаю, что с законом надо притормозить. Надо собраться в рамках рабочей группы, обсудить, внести предложения. Может быть, встретиться с главой государства и объяснить, что, если мы хотим модернизацию и не хотим новый Жанаозен, то надо уметь договариваться со всеми, а не создавать структуру-пирамиду.

Ерлан СМАЙЛОВ, модератор:

Коротко подведу итоги. Мы должны понимать контекст и среду, в которой живем. В ИПР мы исследовали и констатировали, что тенденции на самом деле не очень хорошие, негативные. Мы имеем ухудшение социального самочувствия населения по ряду параметров, рост протестности – это видно также по публикациям в СМИ. Причем рост идет по линии трудовых конфликтов, а также рост низовой социальной активности, когда, например, у людей нет электричества, и они на улицу выходят, или протестуют против стройки и т.д. Эта тенденция будет продолжаться, протестность будет расти.

В последние годы произошли десятки конфликтов, связанных с трудовыми отношениями – по сути это классические конфликты между трудом и капиталом. Они уже реализуются в виде локальных забастовок, протестных действий (в том числе в Жанаозене) или в меньших проявлениях на сервисных и подрядных предприятиях, у строителей дорог, шахтеров и т.д. Поэтому, безусловно, работа в этой сфере необходима.

Основной акцент проекта закона направлен на какие-то структурно-организационные моменты. Но нет ответа, каким образом эта централизация или монополизация обеспечит качественное социальное партнерство, снизит протестность и улучшит социальное самочувствие казахстанцев, как защитит их трудовые права и интересы. Этого не видно. Вопрос централизации дискутируется, кто-то за, кто-то против, но здесь, наверное, должно быть право на самоопределение.

В части обязательств правительства было предложение – и работодателю, и государству закрепить в законе обоюдную ответственность и взаимодействие. По МСБ тоже вопрос достаточно серьезный, потому что деятельность профсоюзов в этой сфере востребована. Полагаю, что на больших предприятиях, в корпоративном секторе люди грамотные, молодые, более активные с точки зрения гражданского сознания, их больше. А вот в секторе МСБ – это вопрос.

По самозанятым – это хорошо со статистической точки зрения, самозанятые – они сами себе работодатели, но мы бываем в аулах, мы видим этих самозанятых. Он самозанят тем, что у него две коровы, три курицы, а до ближайшего рынка сбыта 600 км, и нет инфраструктуры доставки и продажи этих продуктов. Поэтому вопрос очень важный по ним. Также ни в проекте закона, ни в дискуссии сегодня не поднимался вопрос о работниках в сельской местности. Как будет осуществляться защита их интересов? Если выехать посмотреть по многочисленным фазендам – землю разобрали местные латифундисты, у них у всех работают люди, кто за сигареты, кто за 10 тысяч тенге в месяц. Кто их права будет защищать? Это же наши сограждане, достаточно большая масса людей. Официально по статистике 46% населения проживают в сельской местности.

Также говорилось в законе о гарантиях для работников профсоюзов, об участии профсоюзов в переговорах по ВТО и ЕЭП, квотированию иностранной рабочей силы, потому что это вопросы, которые в ближайшем будущем будут всплывать, учитывая интеграционные глобальные процессы. Поэтому, может быть, не надо ждать нового пересмотра закона и новых дискуссий, а исходя из ближайших перспектив, закладывать в закон уже какие-то нормы.

Говорилось о кадрах для работы в профсоюзах. О правах, гарантиях, инфраструктуре обучения и механизмах, как их привлекать, мотивации этих кадров.

В целом, закон, безусловно, нужен, потому что среда меняется и есть масса вызовов, и президент очень четко поставил задачу – социальная модернизация, социальный диалог. Но этот диалог должен быть эффективным. В данном случае подход такой централизующий, организационный, он ответа на актуальные вызовы не дает. Вероятно, нужна более сложная модель. Наверное, нужно больше сосредоточиться не на организационных моментах, а как раз на кадрах, качестве самих профсоюзов, чтобы эта работа была наполнена качественными механизмами реализации социального партнерства.

Может быть, стоит рассмотреть модель, при которой более эффективные профсоюзы, ведущие реальную работу по защите прав и интересов работников, привлекающие большее количество населения, будут консолидировать более мелкие профессиональные союзы. Это как в бизнесе – на определенном этапе жизненного цикла происходит консолидация отрасли. Мы помним, было много банков в 90-е годы, но потом некачественные игроки ушли, те у кого не было репутационного капитала. И существует масса таких примеров.

Понятно, что здесь сфера более сложная. Наверное, здесь должно быть сочетание и организационных шагов, и разработки качественных инструментов. Может быть, через эти шаги произойдет консолидация. Я тоже не сторонник большого количества профсоюзов. Мы видим, что многие из них неэффективны, и с рациональной точки зрения у маленького профсоюза переговорная позиция слабее, он не сможет сделать хорошую экспертизу, не сможет нанять хороших экспертов и юристов. Не сможет платить приемлемую заработную плату эффективным лидерам и функционерам, которые могли бы правильно развивать этот профсоюз. Такая консолидация необходима, но она должна идти эволюционным путем.

Спасибо всем, кто сегодня участвовал. Спасибо спикерам от разработчиков и от профсоюзов. Думаю, мы эту традицию обсуждений продолжим. И, конечно, хотел бы поблагодарить Институт общественной политики за возможность организовать сегодняшнее обсуждение.

FacebookVKGoogle+